Rambler's Top100


Всеобщая история права. Автор: Сонин В.В., редактор: Александрова Л.И.

Тема 3. Законодательство о труде

Первоначально буржуазные законы о труде являлись непосредственным продолжением «кровавого законодательства», которое, отражая потребности первоначального накопления капитала, приучало экспроприированные слои населения к дисциплине труда. Принудительное государственное регулирование условий труда было характерным для Англии в течение всего XVIII в. Такова сущность многочисленных законов парламента о бродяжничестве, об установлении максимальной заработной платы и др. Однако с промышленной революцией и укреплением экономических позиций буржуазии государственная регламентация труда для предпринимателей стала обременительной. Поэтому в Англии в начале XIX в. были отменены старые законы о регулировании заработной платы, и, используя «свободу договора», капиталисты навязывали рабочим тяжелые условия труда. В 1834 г. парламент отменил старые законы о бедности, что означало отказ от выдачи беднякам пособий.

Рабочий и предприниматель юридически не были в равном положении. Так, предприниматель, нарушивший контракт с рабочим, мог преследоваться только путем гражданского иска. Но, если трудовой контракт нарушал рабочий, то он мог быть привлечен к уголовной ответственности.

Ограничения устанавливались и для рабочих объединений. В 1799 г. английский парламент принял закон, по которому запрещалась любая деятельность рабочих, направленная на создание объединений с целью повышения заработной платы или сокращения рабочего дня. Нарушение данного закона влекло применение уголовного наказания судьей без участия присяжных, который был отменен лишь в 1824 г. Это сделало возможным образование в Англии профессиональных рабочих союзов. Но уже в 1825 г. парламент объявил уголовно наказуемыми действия рабочих, которые сопровождались «насилием над личностью или собственностью, угрозами, запугиваниями».

Закон 1871 г. признавал правомерными и запрещал судебные преследования рабочих за участие в профсоюзной деятельности. Но по уголовному законодательству профсоюзная борьба рассматривалась как уголовно наказуемая. По мере роста рабочего движения власти пошли ему на уступки.

В 1875 г. парламент отменил уголовные наказания за одностороннее прекращение рабочими трудового договора и установил, что доктрина о «преступном сговоре» не может применяться к соглашениям рабочих, заключенным в связи с предстоящим конфликтом с хозяевами.

В 1906 г. был принят закон, согласно которому предпринимателям запрещалось предъявлять судебные иски о возмещении ущерба, если таковой был причинен в результате организованных действий профсоюзов. Дальнейшее развитие получило фабричное законодательство, которое регламентировало эксплуатацию женского и детского труда. В 1883 г. был принят закон, согласно которому в текстильной промышленности ночной труд детей запрещался, рабочий день для ребенка от 9 до 13 лет не мог превышать 8 часов, а для подростков до 18 лет –12 часов. Закон предусмотрел создание контроля в виде так называемых фабричных инспекторов.

В 1842 г. был запрещен подземный труд для женщин и для детей в возрасте до 10 лет. В 1847 г. был издан закон, по кото­рому в текстильной промышленности для женщин и подрост­ков с 14 лет рабочий день не должен превышать 10 часов. Это же правило распространялось на мужчин, работающих вместе с детьми и женщинами в одну смену. Только во второй полови­не XIX в. (законы 1867 и 1878 гг.) эти положения были распро­странены на все предприятия с числом рабочих свыше 50 че­ловек.

В начале XX в. был введен 8-часовой рабочий день применительно к отдельным отраслям промышленности или к некоторым категориям рабочих и служащих (для железнодорожников, шахтеров, почтовых служащих).

Во второй половине XIX в. появляются законы, предусматривающие возмещение вреда рабочим в случае производственных травм. Закон 1880 г. предусмотрел материальную ответственность за производственный травматизм. Но ответственность возникала лишь в тех случаях, если увечье было вызвано плохим качеством материала, небрежностью или неосторожностью лиц, которым был поручен надзор за рабочими. В 1906 г. был принят закон, согласно которому предприниматель мог освободиться от ответственности, «доказав» вину самого потерпевшего. Закон 1911 г. наряду с социальным страхованием на случай болезни, инвалидности, родов предусмотрел также страхование по безработице. Пособие по безработице могло выдаваться только в течение 15 недель в году. Отдельных уступок от предпринимателей рабочие добивались также путем заключения коллективных договоров между профсоюзами и хозяевами, в которых фиксировались конкретные условия труда и оплаты.

Английское общее право было использовано для борьбы с рабочим движением в США. В начале XIX в. суды США использовали доктрину общего права о «преступном сговоре», которую применили к объединению рабочих. На основе этой доктрины в судебной практике США выработалось представление о незаконности профсоюзов и организованных забастовок.

Рабочему классу США приходилось бороться за признание своего права на объединение. В 1842 г. суд в Массачусетсе был вынужден признать, что законность «союза определяется средствами, которые он применяет». Это решение привело постепенно к отказу в судах США от презумпции виновности профсоюза.

Во второй половине XIX в. в США в ряде штатов (Миннесота, Пенсильвания) появились специальные законы, устанавливающие тюремное заключение и штрафы за подстрекательство к забастовке, за организацию стачек железнодорожников и т.п.

Предприниматели США широко использовали для борьбы с организованным рабочим движением договорные методы давления на рабочих. Например, в конце XIX – начале XX вв. широкое распространение получили договоры, согласно которым рабочий, поступая на работу, заранее отказывается от права присоединения к профсоюзу и от участия в забастовках. В случае нарушения этих условий рабочий увольнялся. Данная «договорная» практика была настолько антирабочей, что Конгресс вынужден был запретить ее особым законом, но Верховный суд США признал этот закон неконституционным.

С вступлением США в эпоху индустриально-развитого ка­питализма для подавления организованного рабочего движения правящие круги стали использовать также такие специфические средства, как судебные приказы и антитрестовское законода­тельство.

В случае забастовки предприниматели обращались в суд с утверждением, что бастующие рабочие своими действиями могут принести собственности «непоправимый вред», и с просьбой выдать судебный приказ, запрещающий забастовку. Суды охотно выдавали такие приказы, и организаторы забастовки, если они не соблюдали запрет, привлекались к уголовной ответственности за «неуважение к суду».

Американские суды усматривали в забастовках и иных приемах пролетарской борьбы нарушение антитрестовского закона Шермана. Суды произвольно приравнивали профсоюзы к «монополиям» или их деятельность к «сговорам с целью ограничить торговлю». По антитрестовским процессам «виновные» профсоюзы присуждались к возмещению в тройном размере убытков, которые хозяева понесли в результате действий профсоюза.

Однако и в США во второй половине XIX – начале XX вв. рабочие добились принятия законов о детском и женском труде. Такие законы были приняты легислатурами отдельных штатов, но попытки их осуществления натолкнулись на сопротивление федеральных судов. Верховный суд признавал такие законы неконституционными, как противоречащими XIV поправке к конституции. Суд заявил, что законодательное ограничение продолжительности рабочего дня лишает рабочего конституционного права на более продолжительный рабочий день. Так, правящие круги в течение длительного времени блокировали принятие законов о труде и иных социальных законов.

Законодательство США устанавливало расовую сегрегацию и дискриминацию в области труда и социальных условий жизни негритянского населения. Верховный суд поддержал законодательство и фактическую практику в отдельных южных штатах, направленные не только на установление более тяжелых условий труда и низкой заработной платы для негров, но и на создание для них по сравнению с белыми худших условий для жизни (проживание в гетто, проезд в специальных вагонах для цветных и т.п.).

Во Франции в годы Великой революции буржуазия под предлогом борьбы с корпорациями феодального типа приняла меры против создания профессиональных объединений рабочих. Закон Ле Шапилье 1791 г. не только запретил объединения рабочих одной и той же профессии, но и объявил незаконными стачки и даже собрания рабочих с целью обсуждения условий труда. Основные положения этого закона были воспроизведены в УК Наполеона. Закон Ле Шапилье и основанные на нем статьи УК 1810 г. стали основным средством пресечения попыток рабочих создавать профсоюзы.

И только в 1864 г. закон Ле Шапилье был отменен. Формально были узаконены рабочие синдикаты и стачки, если только они не сопровождались «неправомерными» действиями. В 1864 г. парламент Третьей республики узаконил свободное образование рабочих союзов, которые преследовали экономические цели. В 1874–1892 гг. он запретил труд детей до 13 лет, установил для подростков до 16 лет 10-часовой рабочий день, а для женщин и подростков до 18 лет – 11-часовой. В 1898 г. был принят закон, предусмотревший ответственность предпринимателя за производственный травматизм рабочих.

Законодательные нормы о труде появились в Германии сначала в праве отдельных государств. Общегерманское законодательство 1891–1909 гг. запретило труд женщин на подземных работах, предусмотрело четырехнедельный отпуск, ограничило продолжительность рабочего времени дня сначала 11, а затем 10 часами (на предприятиях с числом рабочих более 10 человек). В 1891 г. было запрещено использовать в промышленном производстве труд детей моложе 13 лет.

В 80-е годы XIX в. в Германии были введены законы о страховании рабочих: в 1883 г. был принят закон о страховании на случаи болезни, в 1884 г. – от несчастных случаев, в 1889 г. – по старости и инвалидности. Размер пособий, установленных германским законом, был незначителен. При создании страховых фондов обязанность вносить страховой взнос ложилась не только на буржуазное государство и предпринимателей, но и на самих рабочих.

В целом законодательство о труде в течение XIX и в начале XX вв. под влиянием меняющихся общественных условий и, прежде всего, в связи с ростом рабочего и общедемократического движения претерпело значительные изменения и приобрело новые социальные черты.

Тема 4. Уголовное право и процесс

Закончившаяся компромиссом английская буржуазная революция не привела к каким-нибудь существенным изменениям в области уголовного права, которое не задевало непосредственно интересов капиталистических предпринимателей. Господствовавшие до реформы 1832 г. земельная аристократия и крупная торговая буржуазия вполне довольствовались нормами, восходящими к феодализму. Сохранялась сложившаяся еще в эпоху средневековья трехчленная структура: тризы (измена), фелония (тяжкое уголовное преступление), мисдиминор (остальные, главным образом мелкие, преступления). Эта традиционная схема лишь пополнилась в XVIII в. новыми видами преступлений. Особенно выросло число деяний, квалифицируемых как фелония и наказуемых смертной казнью.

В развитии английского уголовного права в XVIII в. особенно ясно проступает стремление буржуазии любыми, в том числе самыми жестокими, средствами внушить обездоленным и трудящимся массам «уважение» к частной собственности. В это время смертная казнь устанавливается за умышленное ранение скота, за порубку садовых деревьев, за поджог посевов, за посылку письма с фиктивной подписью с целью вымогательства денег, за мелкую кражу денег (свыше одного шиллинга) и т.д.

В XVIII в. в Англии не только сохранились жестокие и чисто средневековые меры наказания, но и вводились новые способы устрашения публики и самого наказуемого. В 1752 г. был принят акт, в котором говорилось, что «смертная казнь должна быть дополнена дальнейшими ужасами и особыми знаками бесчестия». Осужденного на смерть предварительно сажали на хлеб и воду, после казни труп публично вывешивали в цепях, затем его рассекали на части. Широко применялись в XVIII в. и такие наказания, как выставление у позорного столба, бичевание кнутом, конфискация имущества, штрафы и т.д.

Либерализация в карательной политике в Англии в это время осуществлялась лишь в той мере, в какой это было необходимо для самой буржуазии, стремившейся гарантировать себя от преследований со стороны короля и правительственной власти. Изменения коснулись и уголовного процесса. Об этом свидетельствуют «Habeas corpus act» 1679 г., процессуальные нормы Билля о правах 1689 г. и Акта об устроении 1701 г. По закону 1696 г. о рассмотрении дел об измене копия обвинительного заключения должна была вручаться обвиняемому, по крайней мере, за 5 дней до судебного разбирательства дела. Обвиняемый получил право на свидание с адвокатом, мог настаивать на вызове новых свидетелей. Однако он мог быть и не уведомлен о свидетелях, дающих показания против него.

Борьба буржуазии за упрочение политических свобод в сфере уголовного права и процесса в XVIII в. проявилась также в делах о так называемой мятежной клевете. Такого рода обвинения правительственные власти неоднократно выдвигали против авторов и издателей публикаций, содержащих критику государственной политики. В 1792 г. парламент издал специальный акт, по которому присяжные получили полную свободу решать вопрос не только о самом факте опубликования «клеветнического» произведения, но и о виновности или невиновности обвиняемых в соответствии со своими представлениями о политике и клевете.

В начале XIX в. с утверждением капитализма английское уголовное право подвергается все более острой критике. Для самих правящих кругов становилось очевидным, что построенная исключительно на жестокости уголовная политика не приносит желаемого результата. Чрезмерная суровость английских законов приводила к тому, что присяжные достаточно часто оправдывали даже заведомо виновных в преступлении лиц только потому, что их ожидало непомерно тяжелое наказание. Поэтому английский парламент проводит в начале XIX в. серию законов, рассчитанных на то, чтобы путем смягчения наказания укрепить существующий правопорядок. В 1817 г. было отменено публичное сечение женщин, в 1816 г. – выставление у позорного столба, в 1822–1827 гг. правительство Р. Пиля провело серию актов, резко сокративших применение смертной казни. С 1826 по 1861 гг. в Англии число преступлений, караемых смертной казнью, снизилось с 200 до 4. По акту 1848 г. даже в случаях «ведения войны против короля и его королевства» назначалась не смертная казнь, а пожизненное заключение.

Законом 1870 г. отменялась конфискация имущества преступника, осужденного за фелонию. Тем самым стало превращаться в анахронизм деление преступлений на фелонию и мисдиминор. После 1870 г. в Англии сложилось положение, когда разница в наказаниях за фелонию и мисдиминор фактически исчезла, причем к числу последних относились в ряде случаев более значимые преступления.

В XIX в. произошла и дальнейшая демократизация процедуры рассмотрения уголовных дел в суде. В 1836 г. был принят акт, предусмотревший право обвиняемого, заключенного в тюрьме пользоваться услугами адвоката и требовать ознакомления с материалами дела. Закон расширял возможности защиты обвиняемого в судебном процессе. Законом 1898 г. обвиняемому предоставлялось право в случае его желания давать показания в суде. Это был отход от традиционной доктрины «общего права», согласно которой обвиняемый рассматривался как лжец. Но одновременно судебная процедура в Англии развивалась в сторону расширения круга дел, по которым судья мог выносить приговор в так называемом суммарном порядке, то есть без участия присяжных.

Во Франции, в отличие от Англии, законодательство периода революции внесло более радикальные изменения в уголовное право.

Еще в 1791 г. Учредительным собранием был принят уголовный кодекс, опиравшийся на гуманистические идеи в уголовном праве, которые еще до революции высказывали французские просветители Монтескье, Вольтер, итальянский юрист Беккария и др. Но уже в УК 1791 г., первом кодексе буржуазной эпохи, обнаруживался разлад между гуманистическими установками просветителей и консервативными подходами победившей буржуазии.

Уголовный кодекс имел предельно простую и четкую систему. В первой его части («О наказаниях») содержалась тщательная регламентация наказаний, которые должны были назначаться только на основе закона. УК отказался от применения типичных для феодальной эпохи членовредительных наказаний. Но в целом, несмотря на некоторое смягчение по сравнению со средневековым правом, наказания оставались достаточно суровыми. Смертная казнь, приводимая в исполнение публично, назначалась в более чем 40 случаях. Сохранялись позорящие наказания: публичный обряд лишения чести, выставление в ошейнике у позорного столба. Узаконивались каторжные работы, применялись различные виды тюремного заключения (в том числе и одиночные) и депортация (ссылка).

Во второй части («О преступлениях и наказаниях») давался исчерпывающий перечень деяний, которые рассматривались как преступные. В этой части также можно видеть большой шаг вперед по сравнению с феодальным правом: исключались религиозные преступления, наказания устанавливались по принципу соразмерности с преступлениями и т.д.

Специфической особенностью УК 1791 г. были абсолютно определенные санкции, то есть каждому преступлению соответствовало строго фиксированное наказание. Такая система, естественно, исключала всякий произвол суда в выборе меры наказания и отражала реакцию буржуазного законодателя на многочисленные злоупотребления королевских судей в дореволюционную эпоху.

Все преступления по кодексу делились на две группы: преступления против публичных интересов и против частных лиц. Последние в свою очередь делились на преступления против личности и против собственности. Охране частной собственности УК уделил особенно много внимания, ей посвящены 48 из 125 его статей.

Стройное и законченное выражение уголовно-правовая программа буржуазии получила во французском Уголовном кодексе 1810 г., разработанном при Наполеоне I. Хотя кодекс в ряде моментов представлял шаг назад по сравнению с законодательством периода революции, в целом он был для своего времени прогрессивным документом. В нем отстаивалась идея формального равенства лиц перед уголовным законом, вводились ясные критерии преступления, четко очерчивался круг наказаний и т.д.

Структура УК 1810 г. хотя и была более сложной, в принципе следовала структуре УК 1791 г. Краткие предварительные положения, а также книги первая и вторая были посвящены общим вопросам наказаний, их видам, уголовной ответственности, то есть представляли собой общую систему кодекса, в которой излагались основные понятия и принципы уголовного права. В третьей и четвертой книгах содержался конкретный перечень преступных деяний и определялись в каждом конкретном случае вид и мера наказания (так называемая особенная часть).

В УК 1810 г. в соответствии с идеями классической школы уголовного права особо подчеркивалось, что преступлениями являются деяния, которые запрещены законом (ст. 1), что уголовный закон не имеет обратной силы (ст. 4). В кодексе говорилось об ответственности соучастников преступления, предусматривалось освобождение от ответственности лиц, действующих в состоянии безумия или под принуждением и т.п. Но французский законодатель к этому времени не разработал еще многие общие вопросы уголовного права: не были определены формы вины, ничего не говорилось о давности, о совокупности преступлений и т.п. В УК упоминалось покушение, но оно полностью приравнивалось к законченному преступлению, если преступное действие прерывалось не по воле покушавшегося.

УК 1810 г. ввел трехчленную классификацию преступных действий, которые в зависимости от характера наказания делились на 3 группы. К первой группе относились наиболее тяжкие преступные деяния – преступления, которые карались мучительными или позорящими наказаниями. Вторую группу составляли проступки, наказывавшиеся исправительными мерами. Для третьей группы – полицейские нарушения, были предусмотрены наказания полицейского характера.

В кодексе четко очерчивался круг возможных уголовных санкций, закреплялся отказ от ряда жестких наказаний феодальной эпохи. Но в области наказаний УК 1810 г. делал шаг назад по сравнению с УК 1791 г. В нем восстанавливались пожизненная каторга, смертная казнь с предварительным отсечением руки, депортация в колонии, гражданская деградация. В качестве дополнительного наказания предусматривалось также клеймение. Исправительными наказаниями, по терминологии кодекса (ст. 9), могли быть тюремное заключение в исправительном заведении, временное лишение некоторых политических, гражданских, семейных прав, а также штраф.

В разделе о преступлениях и проступках против частных лиц более половины статей были посвящены охране собственности. Сурово наказывались кражи, которые во многих случаях влекли за собой каторжные работы, иногда – пожизненные. Кодекс запрещал коалиции и стачки рабочих, вводил уголовную репрессию против нищих и бродяг, не имевших определенного места жительства и средств к существованию.

Классово-буржуазная направленность УК 1810 г. ярко проявилась в его особенной части. На первое место выносились преступления против так называемых публичных интересов. Наряду со статьями, говорящими об измене, шпионаже, посягательстве на внешнюю безопасность французского государства, содержались и специфические статьи, карающие за покушение на особу императора и членов его семьи, за попытки ниспровержения или изменения образа правления. Лица, произносящие речи, расклеивающие афиши и т.п. с целью призыва граждан к совершению преступлений против внутренней и внешней безопасности государства, рассматривались как виновные в преступлениях.

УК Франции 1810 г. оказал в XIX в. огромное влияние на уголовное законодательство многих стран мира.

Близок по духу к УК 1810 г. и Уголовно-процессуальный кодекс (УПК), принятый в 1808 г. и подводивший итоги буржуазных преобразований в области уголовного процесса. УПК ввел во Франции так называемый смешанный процесс. В период расследования дела до суда сохранялось тайное и письменное производство, которое восходило еще к дореволюционному процессу. Ведение следствия осуществлялось особыми следственными судьями, полномочия которых по УПК были весьма широки. Следственный судья мог издать приказ о явке обвиняемого на следствие, о его принудительном приводе или аресте. Он производил допрос обвиняемого, свидетелей, совершал осмотр на месте преступления и другие следственные действия.

Заключительная часть процесса – судебное разбирательство уголовных дел – строилась на принципах гласности, устности и состязательности. УПК предусматривал разграничение следствия и обвинения. Последнее на суде поддерживал не следственный судья, а прокурор. После выступления прокурора слово имел адвокат.

УПК закрепил суд присяжных, который выносил вердикт о виновности или невиновности обвиняемого. Но УПК Франции не требовал единогласия присяжных, вердикт мог быть вынесен простым большинством. Предусматривалось квалифицированное большинство в 8 голосов из 12. В соответствии с УПК председательствующий в судебном заседании судья получил возможность давления на присяжных. Перед вынесением вердикта он обращался к присяжным с речью, в которой резюмировал дело, фиксировал основные доказательства, формулировал вопросы, на которые должны были дать ответ присяжные. Напутственное резюме нередко выливалось в обвинительную речь. Оно было отменено в 1881 г. Под непосредственным влиянием УПК Франции принимались уголовно-процессуальные кодексы и вводился суд присяжных в ряде других стран континентальной системы права.

Развитие демократических движений в буржуазном обществе привело к определенной либерализации уголовно-правовых институтов. Так, в разное время во Франции были приняты законы, отменявшие явно антидемократические положения УК 1810 г. В 1832 г. были отменены клеймение и отсечение руки, а в 1848 г. – смертная казнь за политические преступления, в 1854 г. – гражданская смерть. В 1885 г. специальным законом было введено уголовное освобождение, которое применялось к лицам, отбывшим не менее половины срока заключения. Для условного освобождения требовалось, чтобы администрация места заключения засвидетельствовала «хорошее поведение» заключенного, а также возможность его «честного существования» после выхода из тюрьмы. Однако условное освобождение не применялось к лицам, присужденным к депортации, к каторге в колониях, к пожизненному заключению.

Выработка единого для Германии уголовного законодательства была подчинена задаче укрепления власти буржуазии и юнкерства. С этой целью в мае 1871 г. в качестве уголовного кодекса Германской империи было введено в действие уголовное уложение Северо-Германского союза 1871 г., которое отличалось сравнительно высокой юридической техникой, приспособленной для реализации консервативных политических установок правящих кругов Пруссии.

В структуре и содержании Уголовного уложения проявлялись следы влияния УК Франции. Уложение состояло из трех частей, первые две из которых были посвящены общим вопросам уголовного права: разграничению преступлений, проступков и полицейских нарушений, уголовной ответственности, принципам наказания, покушению, соучастию и т.д. Третья часть была посвящена конкретным видам преступлений и наказаний и выполняла роль особенной части кодекса.

Уложение самыми суровыми мерами охраняло политический строй Германской империи. В § 80 и 81 как серьезное политическое преступление рассматривались убийство императора, попытка насильственного изменения государственного устройства империи, изменение порядка престолонаследия и т.п. Произнесение речей на собрании, распространение сочинений или изображений, которые подстрекают к неповиновению законам или иным постановлениям властей, карались штрафом или тюремным заключением до двух лет. В § 116 предусматривались более суровые наказания для лиц, которые собираются на публичной дороге или улице и не расходятся после трехкратного приказа должностного лица или «начальника вооруженной силы». Если последним было оказано сопротивление, то виновные наказывались, как бунтовщики.

В § 130 предпринималась попытка установить «классовый мир» средствами уголовного принуждения: «Кто публично и с нарушением общественного спокойствия будет возбуждать один класс населения союза к насильственным действиям против другого», то приговаривается к денежному взысканию до 200 талеров или тюремному заключению сроком до 2 лет. Согласно § 128 лицо, принимающее участие в обществе, организация и цель которого «скрываются от правительства», подлежит тюремному заключению.

Несмотря на строгий характер Уголовного уложения, оно отразило и некоторые либеральные тенденции своего времени, в частности борьбу за запрещение смертной казни. По Уложению смертная казнь в мирное время в качестве меры наказания предусматривалась лишь в двух случаях: за убийство главы государства и за преднамеренное убийство.

В конце XIX – начале XX вв. германское уголовное уложение оказало влияние на уголовное право тех стран, где у власти стоял блок политических сил, представляющих обуржуазившихся землевладельцев и крупную буржуазию.

Первый УК Японии был принят еще в 1880 г. и построен по французскому образцу. Классическое буржуазное уголовное право, устаревшее уже к концу XIX в., явно не устраивало правящие круги Японии. В 1907 г. было принято новое Уголовное уложение Японии, которое во многом следовало Германскому уложению 1871 г.

В нем использовались новые, более современные идеи в уголовном праве, например, вводились ранее не известные японскому праву условное осуждение и условное освобождение.

Для Уложения 1907 г. характерны широта судейского усмотрения, большое число «каучуковых» положений, нечетко сформулированных составов преступлений. Большие возможности предоставлялись судьям в осуществлении репрессии против рецидивистов. В случае повторного совершения преступления срок тюремного заключения мог быть увеличен в полтора раза.

Особое внимание в Уложении было уделено политическим преступлениям и преступлениям против внутренней безопасности. Действия, угрожающие жизни императора или членов его семьи, влекли за собой смертную казнь или каторгу. Участие в бунте «с целью свержения правительства, отторжения какой-либо области от империи или насильственное изменение конституции» также каралось смертной казнью, пожизненными или срочными каторжными работами.

Уложение 1907 г. усилило ответственность и за преступления, направленные против частной собственности. Даже за простую кражу, не отягченную особыми обстоятельствами, следовало лишение свободы до 10 лет. Специальные статьи направлены на подавление классовых форм борьбы крестьянства с полуфеодальным землевладением: смертной казнью или каторжными работами наказывались поджоги строений, вторжение в чужие владения и т.п.

Таким образом, модернизация и либерализация буржуазного уголовного права в конце XIX – начале XX вв. сами по себе не означали ослабления уголовной политики, но делали ее более социально-ориентированной.

Poker razz odds calculator