Rambler's Top100


Культурная жизнь российской эмиграции в Китае в 20-40-е года ХХ века. Автор: Говердовская Л.Ф., редактор: Александрова Л.И.

Глава 2. Пресса. Издательство и библиотечное дело

Неоднородный состав дальневосточной эмиграции отразился в эмигрантской прессе, представлявшей собой уникальное явление в жизни всего российского зарубежья. В 20-е годы общественно-политические организации и их печатные органы пользовались относительной свободой в изложении своих взглядов. Почти все политические группы имели свои газеты и журналы, носившие различную политическую направленность: от демократических изданий – газеты «Вперед» (орган Объединенной конференции, «профессиональных», «политических» и общественных организаций Полосы отчуждения КВЖД), «Заря», «Голос Родины», «Рупор», «Копейка», до черносотенных – «Русский голос» (Харбин). Редакториздатель С.В. Востротин, помощник Л.М. Спасский, секретарь А.И. Коробов и фашистских – газета «Наш путь» и журнал «Нация».

К левой эмигрантской печати тяготели «Шанхайская газета», «Харбинская заря» и другие издания. Из просоветских газет – «Молва», «Трибуна», «Харбинская правда» и др. Всего в Маньчжурии выходило около 270 наименований различных периодических изданий эмигрантов [68]. В Шанхае издавались левые демократические газеты «Шанхайская жизнь» (1919–1922 гг.), «Шанхайское эхо» и умеренного направления – «Слово», «Новости дня», «Шанхайская заря» (1926–1928 гг.), в Харбине в 1924 г. выходила полунедельная газета «Вестник союза беспартийных» (редактор А.П. Кузнецов).

Центристское направление было представлено «Харбинским вестником» – официозом правления КВЖД, издававшимся с 1903 года. В 1918 году журнал сменил свое название на «Вестник Маньчжурии», выходивший до 1922 года. Это издание, как и издававшийся управлением дороги «Вестник Китайской восточной железной дороги» (19221923 годы), придерживались объективистского подхода, давая много материалов о различных сторонах жизни и новостях из Советской России.

Левые молодежные организации в 20–30-х гг. издавали свои газеты: «Эхо», «Знамя пионера», «Маньчжурская жизнь», «Россия», «Харбинский день», «Трибуна», «Южная рать», «Новости жизни»; журналы «Единение» и «Союз учащихся» и др. Некоторые вышли всего один-два раза, другие же издавались в течение нескольких лет. Только в Харбине в 20-х годах выходило свыше 20 постоянных периодических изданий. Среди них газеты: «Жизнь», «Русская правда» (ред. проф. Г.Г. Тельберг), «Новая копейка» и «Коммерческий телеграф» (ред. В.А. Чиликин), «Сибирская жизнь» (1920 г.), издание сионистской организации – еженедельник «Сибирь-Палестина» (редактор А.И. Кауфман), «Русское слово» и еженедельная вечерняя газета в 1924 г. «Газета для всех» (ред. А.В. Овчинников) и «Речь» (ред. Симоно); для детей и юношества – «Ласточка», «Солнышко»; для женщин – еженедельник «Женская газета», «Женщина и жизнь»; для военных – «Военные заметки», «Армия и флот», «Русская армия»; для ученых – «Вестник Азии», «Вестник Маньчжурии». Только казачьих журналов по некоторым оценкам насчитывалось около десяти: «Атаманский клич», «Луч Азии», «Енисейские казаки» и др.

Широкое распространение казачья периодическая печать получила с 1929 по 1941 год. Так, в Харбине издавалось 24 казачьих журнала. Особенным спросом пользовались: «Казачье эхо», «Дальневосточное казачество», «Казачий путь», «Дальневосточный казак» и другие [69]. С целью привлечения казачек к общественной работе эти журналы уделяли большое внимание освещению вопросов, связанных с деятельностью дамских кружков, с обобщением опыта лучших женских казачьих организаций. В публикуемых материалах проходила мысль о важной роли женщины в воспитании подрастающего поколения, которое вернется на Родину и своим трудом будет способствовать возрождению России. Многие материалы, публикуемые в журналах, давали ключ к пониманию типологии революций, их общих и особенных черт, роли женщины в общественно-политичес­ких процессах.

Большой спрос среди эмигрантов был на три альманаха, издававшихся в Шанхае: «Дальний Восток» в 1920 году, «Желтый лик» в 1921 году (редактор Магарам) «На чужбине» в 1920 году (редактор Е. Семчевская и П. Карелин). Первые два альманаха знакомили русских эмигрантов с бытом китайцев, историей и природой страны, со всеми гранями многосторонней китайской жизни, сложной и непонятной европейцу. Широкой известностью пользовались книги С. Алымова «Киоск нежности», Харбин, 1920 г. и Жильяра «Трагическая судьба русской царской семьи», Пекин, 1921 г. По числу периодических изданий русская диаспора в Китае превосходила многие другие, в том числе и такую крупную, как североамериканская. В одном Харбине в 1920-1945 гг. издавалось более 50 крупных газет, более 20 общественно-политических и литературных журналов на русском языке, многие из которых выходили в течение десятка и более лет, работало ряд крупных книгоиздательств. Пресса подробно освещала не только жизнь русских колоний в Маньчжурии и Китае, но и постоянно уделяла большое внимание жизни эмиграции в Европе и Америке, политическому положению в России, революции, мировому экономическому развитию.

Большую помощь в этом оказали издаваемые экономическим бюро КВЖД в Харбине еженедельник «Экономический вестник Маньчжурии» (ред. И.А. Михайлов) и «Экономический бюллетень». Еженедельные газеты на русском языке издавались в Тяньцзине: «Возрождение Азии», «Заря», «Новая жизнь» и по мере накопления материала журнал Маньчжурского сельскохозяйственного общества «Сельское хозяйство в Северной Маньчжурии» [70].

В подавляющем большинстве печать дальневосточной эмиграции принадлежала частным владельцам. Так, в середине 20-х годов из 102 харбинских газет 72 были частными. Примерно то же соотношение и в журналах. Лишь отдельные издания являлись официальными органами. Среди известных издателей и редакторов в Харбине были Е.С. Кауфман (газета «Рупор» и журнал «Рубеж»), А. Чечулин (газета «Трибуна», редактор И.Н. Ромбах, зав. редакцией М.Л. Шнеерсон), М.С. Лембич (газета «Заря», «Вечерняя заря», зав. редакцией Г.Н. Шипков), З.М. Клиорин и С.Р. Чернявский (газета «Новости жизни», редактор И.Ф. Бронкмиллер (1924), С.Т. Тернавский (ежегодник «Весь Харбин») и др.

К числу наиболее популярных изданий эмиграции в Харбине относились: газеты «Заря» (1920–1940), «Рупор» (1921–1940), «Гунбао» (19261939). Но самым известным изданием русской эмиграции в Маньчжурии стал еженедельный литературный журнал «Рубеж» (19271945). Он выходил 18 лет. Всего было выпущено 862 номера. Его полного комплекта нет нигде. «Рубеж» был чрезвычайно популярен в Китае и далеко за его пределами. Он имел собственных корреспондентов по всему миру, которые регулярно снабжали его корреспонденциями и очерками. Будучи довольно небольшим по объему (от 20 до 28 страниц), «Рубеж» весьма интересен и разнообразен тематически. Долгое время его редактором являлся М.С. Рокотов (Бибинов). Как и большинство изданий русского Китая, журнал прекратил свое существование в августе 1945 г. [71].

Бывший сотрудник журнала Ю.В. Крузенштерн-Петерец вспоминала о том, как в противовес парижской «Иллюстрированной России» возникло желание издать свой еженедельный художественно-литературный журнал, тем более что нас не столько материально, сколько предоставлением типографии поддержало издательство «Заря» (М.С. Лембич, Г.Н. Шипков и Е.С. Кауфман). Так родился в Харбине «Рубеж» под редакцией Г.Н. Шипкова.

Через год Е.С. Кауфман ушел из «Зари». Он создал издательство «Рубеж» и назначил Г.Н. Шипкова заведующим редакцией и редактором М.С. Рокотова. Благодаря этому журнал сильно поднял свой престиж, увеличил число подписчиков и читателей, которые внимательно следили за его быстрым ростом и улучшением под руководством популярного в Харбине издателя Е.С. Кауфмана и редактора М.С. Рокотова. Им обоим «Рубеж» обязан своим успехом и своей популярностью. Первые номера вышли в свет в 1927 году, а с лета 1929 года он стал выходить еженедельно по субботам.

В каждом номере было не меньше одного-двух оригинальных рассказов русских авторов, один или два – переводных, семь-восемь очерков на местные или заграничные темы (переводные или от собственных корреспондентов) и две странички серьезных переводных романов. Всегда в журнале была «Страничка женщины» и библиография, которые пользовались неизменным успехом.

Тираж «Рубежа» в 19311936 годах, в дни его расцвета, приближался к двум с половиной тысячам. Большинство номеров расходилось в Харбине и по всей линии КВЖД, до трехсот экземпляров шли в Шанхай, Пекин, Циндао, в Корею и Японию, а остальные рассылались повсюду, где были русские: в Прибалтийские государства, Польшу, Чехословакию и другие страны Европы. Были подписчики в Персии, Турции, Северной и Южной Америке в Австралии.

Журнал имел и своих собственных корреспондентов. Особенно много писал «африканский» доктор Унковский, живший в Париже. Из Берлина посылал материал Деспотули, из Сан-Франциско – поэтесса Таисия Баженова (Постникова), из Брюсселя – Миролюбов, а позднее – П.П. Балакшин, из Австралии – священник Серышев, а из Северной Америки – супруги Булыгины.

Главный контингент сотрудников «Рубежа» составляли харбинцы-беллетристы и целая армия поэтов и поэтесс. Не было страны, из которой русские поэты не прислали бы в «Рубеж» своих произведений. Став широко известным, «Рубеж» был всегда и для всех интересен. На его страницах запечатлена история жизни русских в Маньчжурии: казачьи поселки в Трехречье, снимки крестных ходов на Сунгари, купанье многих харбинцев в проруби, театры, школьные события, спорт на сунгарийских площадках и на стадионе, где русский Анфиногенов побил в бросании диска чемпиона Европы француза Ноэля, а русские хоккеисты во главе с братьями Антушевичами и Максимовыми победили чемпионов Японии команду университета Васеда, где В. Дризуль победил в двух сетах немца-чемпиона по теннису, а команда баскетболистов ХСМЛ разгромила знаменитую команду генерала У, который сам присутствовал на матче; фотографии балов; снимки регат с участием до двух десятков яхт и ботиков на реке; многочисленных пляжей c купальщиками; картинки гигантского наводнения в Харбине в 1932 году; вход японских войск в Харбин в 1932 году; портреты всех гастролеров, приезжавших в Харбин: Липковской, Мозжухина, Лемешева. Особенно превосходны были снимки улиц Харбина и уличных типов, которые делал инженер Скамони-Шапшинский.

Американский исследователь русской литературной эмиграции Э. Штейн отмечал, что «по количеству журналов русский Дальний Восток значительно превзошел русскую Америку» [72].

В целом пресса в те годы являла собой пеструю картину. Бульварные листки и политические газеты в условиях жесткой конкуренции часто исчезали, не оставляя следа, так же быстро, как и возникали. Картина разнообразна – от монархической газеты «Свет» до коммунистического издания «День».

В газетах постоянно печатались статьи и очерки, посвященные датам из истории Российского государства, жизни и деятельности писателей, композиторов и художников. Многие анонсы концертов и театральных постановок сопровождались искусствоведческими и историческими справками; в печати появлялись рефераты прочитанных авторитетных докладов по литературе и искусству, краеведческая и экономическая информация. Эти маленькие крупицы знания, мелькавшие в ежедневных газетах, приобщали эмигрантов к богатству русской и мировой культуры.

Особо надо отметить «женские страницы» газет «Рупор» и «Заря». Несмотря на большое количество перепечаток из иностранной прессы, в них просматривалось нечто теплое и душевное, стремление к искренности, к поддержке читательниц. Беседы неизвестных авторов под псевдонимами «Калиостро», «Принцесса Греза», «Современный Дон Жуан», «Сказка Маньчжурии» и других отвлекали людей от тягот жизни, а возможно, и становились кому-то духовной опорой.

Большим спросом русского читателя в Харбине пользовались литературно-художественные журналы. В начале
20-х годов здесь выходили журналы «Гонг», «Вал», «Синий журнал». Позже «Луч Азии», «Вестник Азии» и другие.

«Цензура чисто условна, главное – не задевать больших персон, которые могут пожаловаться начальству. Книги выходят безо всякой цензуры так легко, что просто удивительно», – писал Вс. Иванов [73].

Старейшей газетой в Харбине была ежедневная частная газета «Новости жизни» (1914–1929), редактировавшаяся З.М. Клиориным, а затем С.Р. Чернявским. После Февральской революции газета способствовала, по мере своих сил, подрыву престижа и авторитета русской администрации КВЖД. В начале 20-х годов она поддерживалась движением сменовеховства, а после прихода на КВЖД смешанной советско-китайской администрации в 1924 году встала на путь открытой поддержки советской власти. «Новости жизни» были закрыты китайскими властями во время советско-китайского конфликта 1929 г.

В эти же годы в Шанхае издавалась газета «Время», которую редактировал Б.А. Суворин, сын известного политического деятеля России конца XIX века А.С. Суворина.

Первая частная газета в Харбине, стоявшая на позициях непримиримой борьбы с большевизмом и пользовавшаяся поддержкой атамана Семенова и японофилов, была «Свет» (1919–1924). Ее издателем и главным идеологом был крупный петербургский и сибирский журналист, старейшина журналистской корпорации Харбина, народник Г.Г. Сатовский-Ржевский. Тираж «Света» в харбинских условиях был довольно большим и достигал в начале 20-х годов 8 тыс. экземпляров. В сентябре 1924 г. к моменту нормализации китайско-советских отношений газета была закрыта китайскими властями как несоответствующая моменту за свое антисоветское направление.

К газете «Свет» примыкал «Русский голос» – большая ежедневная антибольшевистская газета (1920–1926), руководимая кадетом С.В. Востротиным. Она играла важную роль в защите интересов русских в Китае.

С 1920 г. в Харбине стала издаваться большая утренняя и вечерняя газета «Заря». Руководил ее изданием книжный магнат и талантливый журналист Мечислав Станиславович Лембич и сибиряк Георгий Николаевич Шипков. Являясь ее редактором вплоть до своей смерти в 1932 г., М.С. Лембич сделал газету самой популярной не только в Харбине, но и в Китае, Японии и других районах русского восточного зарубежья. Она заняла ведущее место в культурной жизни Китая [74].

Издатели «Зари» в своем сотом номере писали, что они с начала издания газеты отмежевались от правого и левого лагерей, стремясь быть беспартийным, объективным и демократическим изданием. Конечно, отмечали авторы «Зари», это было встречено с явным озлоблением со стороны враждующих группировок. «Мы не знаем, – отметила она, – была ли в Харбине когда-либо газета, по адресу которой выпало столько разноречивых эпитетов и определений, сколько их имеет за свои сто номеров наша «Заря». В дни революционной бури, когда вся страна превратилась в какое-то сборище безумных, а газеты из честных органов печати в послушное орудие политической борьбы, мы стремились по мере своих сил и средств быть тем, чем были газеты в далекое и мирное время, – то есть голосом общественной совести, служителями здравого смысла, врагами рутины и предвзятости суждений... «Заря» – газета беспартийная и независимая. За сто прошедших номеров мы ни разу не оставляли этой тяжелой позиции, несмотря ни на яростные атаки, ни на темные подкопы и подвохи слева и справа... Мы стоим на верном пути. Надеемся не сойти с него и на сто первом номере». Газета придерживалась русских националистических позиций, прямо связывала их с антикоммунизмом. «Заря» не могла сочувствовать коммунизму и всегда выступала против него. Выступала потому, что коммунизм никогда не мирился и не может мириться с независимостью печати, свобода которой несовместима с тиранией. Выступала потому, что коммунизм на каждом шагу вредил русскому национальному делу, нарушая его интересы ради своих разрушительных целей и создавая неприязнь в отношениях с другими народами, дружбой которых Россия должна была бы дорожить, особенно в трудные для нее годы» [75].

Издание «Зари» открыло новую страницу в истории харбинской прессы. Газета ввела многоколонные заголовки и различные шрифты на своих полосах, злободневные фельетоны на местные темы и специальный отдел местной информации. Эта инициатива «Зари» совершенно преобразила облик харбинской печати, привела к утрате местной печатью своего прежнего «провинциального» стиля и внешнего вида. Конкуренция между весьма многочисленными крупными газетными изданиями начала 20-х годов («Зарубежная мысль» (г. Маньчжурия), «Копейка», «Россия»», «Коммерческий телеграф», «Маньчжурский день», «Новь» и др.) привела к очень высокой быстроте информационной службы и, главное, аналитической глубине откликов на текущие события, происходившие на Дальнем Востоке и в жизни российской эмиграции во всем мире. Харбинские газеты по богатству и разнообразию содержания не имели себе равных при освещении различных сторон российской эмиграции и ее взглядов на события политической жизни Китая.

Благодаря своей политической позиции, полноценной информации, «Заря» имела огромный успех; тираж ее быстро рос, достигнув к 1924 г. 12–15 тыс. экземпляров. Газета создала вокруг себя большой читательский актив. Это позволило ей привлечь к сотрудничеству ряд видных русских писателей и журналистов Европы и Америки, создать широкую сеть своих специальных корреспондентов. Издательство «Товарищество Заря» с 1920 г. выпускало литературно-юмористический и театральный журнал «Зарницы», ежедневные газеты «Наша заря» в Тяньцзине и «Шанхайская заря» в Шанхае. «Заря» имела одну из самых длительных историй существования эмигрантского периодического издания: она непрерывно выходила в течение 22 лет. Газету «Заря» власти марионеточного Манчжоу-Ди-Го объединили с газетой «Харбинское время» 20 августа 1942 г. Она выходила на 4-х, а в 30-е годы на 8-16 полосах большого формата [76].

Вскоре М.С. Лембич основал на Дальнем Востоке русское издательство «Заря», на полиграфической базе которого, кроме газет, печатался журнал «Рубеж». Коллега М.С. Лембича Г.Г. Сатовский-Ржевский писал, что «до него местные носили характер либо правительственных, либо узко кружковых изданий, не имевших общественного значения и не отражавших русских национальных нужд» [77]. Будучи эмигрантской газетой с антисоветской направленностью, «Заря» отличалась объективностью и оперативностью в освещении различных проблем дальневосточной и международной жизни. Газета имела своих корреспондентов в Пекине (П. Горвей), в Берлине (Н. Ряжский), в Париже (Н. Ухтомский), перепечатывала оперативную информацию из американских, европейских и советских изданий. «Заря» знакомила читателей с жизнью русских в других центрах эмиграции, в СССР и непосредственно на Дальнем Востоке, публиковала аналитические статьи и свидетельства очевидцев.

Особое место на ее страницах уделялось важнейшим культурным событиям, новостям литературной, театральной, музыкальной жизни. Довольно полно освещались ежегодные «Дни русской культуры». В газете публиковались фельетоны харбинских журналистов: В. Сербского, Е. Шахова, А. Яблонского, известных русских писателей-сатириков А. Аверченко, И. Ильфа и Е. Петрова. Живой интерес у читателей вызывали произведения М. Алданова, Н. Рериха, Вс. Иванова. Редакция газеты активно привлекала к сотрудничеству многих ученых и общественных деятелей. В частности, часто в газете публиковал свои статьи Н.К. Рерих [78].

Конкурировал с вечерней «Зарей» с 1921 г. вечерний демократический «Рупор» (19211937), основанный издательством «Очаг» и редактировавшийся С.Я. Алымовым и И.И. Петелиным, затем И.Л. Миллером и редактором-издателем Е.С. Кауфманом, секретарь был B.А. Скворцов. Помимо политических новостей, в газете освещались события культурной жизни русской колонии, помещались рецензии на театральные и музыкальные спектакли, портреты деятелей искусства и писателей российского зарубежья и Советского Союза.

Возникшие в январе 1920 г. «Объединенная конференция» и «Совет профессиональных и производственных союзов» полосы отчуждения КВЖД (СПС) стали издавать газету «Вперед» (1920–1921). Газета поддерживала политику РСФСР, полемизировала с белыми печатными органами, критиковала антирусские действия китайской администрации в отношении КВЖД. Тираж «Вперед» достигал 1,52 тыс. экземпляров. Ее преемницей стала газета «Трибуна» (1922–1935). Это был просоветский орган [79].

Заслуживающей внимания была литературная и торгово-промышленная газета «Новости жизни». О жизни русских беженцев в Китае часто печатался материал в газетах «Голос Приморья» (ежедневная, внепартийная, политико-экономическая и общественно-литературная газета) и «Воля» (орган Всесибирского краевого комитета партии социалистов-революционеров) [80].

В 1924 г. известной в Китае и на Дальнем Востоке стала газета «Россия» (редактор Н.В. Колесников) [81]. Она издавалась в Шанхае. Газета превратилась в «эмигрантский» орган национальной мысли русской зарубежной общественности. Будучи выразительницей монархических взглядов, она заняла непримиримую позицию к III Интернационалу. Газета имела связи со многими эмигрантскими организациями в наиболее крупных городах и столицах мира в Нью-Йорке, Сан-Франциско, Буэнос-Айресе, Каире, Александрии, Дамаске, Токио. Своей задачей редакция ставила «полное объединение всех эмигрантских групп и организаций вокруг светлого имени его императорского Высочества Великого Князя Николая Николаевича». Газета имела свое издательство, что позволило организовать выпуск и других материалов. Так, с целью дать подрастающему эмигрантскому поколению (от 10 до 15 лет) национальное русское воспитание, стал издаваться ежемесячный журнал для юношества «Святая Русь». В журнале были отделы: исторический, этнографический, литературный, религиозно-нравственный, спортивный, эмигрантский, библиографический, почтовый ящик и развлечений. Кроме того, под редакцией Е.Е. Колесникова издавался альманах «Россия» тиражом до 5 тысяч экземпляров, который рассылался по всем странам, где была российская эмиграция. Большим спросом пользовался ежемесячно выходивший военно-научный журнал «Армия и Флот» [82].

Важнейшим источником для изучения русско-китай­ских отношений в Харбине являлась «Дальневосточная газета», выходившая на китайском языке как издание КВЖД. Ее редактировал А.Я. Спицын. Евгений Нилус, оценивая данное издание, писал во втором (неопубликованном) томе «Исторического обзора КВЖД» о той огромной роли, которую газета играла в отношениях между русскими и китайцами на административном и политическом уровнях. Он умер в Харбине. В некрологе, опубликованном 25 ноября 1941 г. в газете «Заря», говорилось о его значительной роли в секретных переговорах генерала Хорвата в конце 1917 г. с китайскими властями. Именно это время прапорщик Рютин пытался «схватить» власть в городе, выполняя указания В. Ленина. Спицын укрылся в китайской части города Фуцзядяне, где продолжал свою деятельность. Несмотря на симпатии китайцев к Спицыну, газета в 1921 г. перестала выходить. Это было следствием выполнения «дополнительного соглашения», по которому КВЖД отказывалась от прав вести какую-либо политическую деятельность.

В Харбине до 1938 г. издавался журнал «Общества русских ориенталистов» (ОРО) «Вестник Азии». Он печатался в различных типографиях города. Всего вышло 54 номера. Журнал распространялся как по подписке, так и в розницу. Периодичность и тираж его не были постоянны. Тираж зависел от количества членов ОРО. Ответственными редакторами в разное время были: И.А. Доброловский, Н.К. Новиков, А.П. Болобан, М.А. Полумордвинов, Н.П. Мацокин, П.М. Гладкий, П.В. Шкуркин. С 1918 г. «Вестник Азии» редактировала особая комиссия с участием Н.А. Гондатти, И.Г. Баранова, П.В. Шкуркина, Н.К. Новикова, Н.П. Автомонова. В журнале публиковались авторы – члены ОРО. Предметом их статей были различные стороны жизни и истории стран АТР и русского Дальнего Востока [83].

«Положение прессы в изгнании было донельзя печально. Все, что говорилось по этому поводу в течение более полустолетия, что будто бы буржуазия золотом платит своим писателям, что она кидает на дело информации миллионы, все было, говоря просто, брехней, вздором», – писал в своих воспоминаниях Вс. Иванов [84].

За рубежом русская эмиграция нуждалась в правовой защите в материальной и моральной помощи. Журнал «Русский эмигрант», показывая их положение, писал: «Революционной бурей разбросало из пределов России по всему свету многих и многих русских людей. В большинстве своем не имеющие никаких средств, при весьма недружелюбном отношении к ним государств, где им приходилось оседать, эмигранты влачат самое печальное, полуголодное существование. Журнал «Русский эмигрант» поставил задачу: «попытаться связать распыленную эмигрантскую массу, защитить их правовые, культурные и экономические интересы, будить в них инициативу призывать к общественной самодеятельности» [85].

Большой ежемесячный литературный, научный и политический журнал «Русское обозрение», объемом в 300 страниц (редактор-издатель В.Д. Носач-Носков), начал издаваться в декабре 1920 г. В Пекине он печатался в типографии Русской Духовной миссии. В 1920–1921 гг. на его страницах были напечатаны десятки романов русских и иностранных авторов, статьи о богатстве и экономических перспективах Дальнего Востока, мемуары политических деятелей периода гражданской войны, труды по педагогике и философии, биографии выдающихся политических деятелей, статьи и заметки из области юриспруденции, экономики, литературы и искусства, статистический материал по всем отраслям науки и техники. В журнале регулярно печатались материалы о жизни в Советской России, декреты, статистика, обзоры прессы. Много места отводилось вопросам международной политики и, в частности, проблемам взаимоотношений Китая и России. В журнале были опубликованы научные статьи Г.К. Гинса, П.В. Вологодского, И.И. Серебрянникова, М.В. Абросимова. Стихи, рассказы, повести. Большую ценность имел журнал «Русский Дальний Восток» (редактор-издатель К. Лавров). Его материал посвящался хозяйственной жизни Дальнего Востока: вопросам рыбного, пушного, лесного и горного хозяйства. Журнал выходил ежемесячно на русском и английском языках. 6 февраля 1921 г. вышел первый номер сатирического журнала «Харбинский цирюльник», который сразу же стал пользоваться большой популярностью как у взрослых, так и детей эмигрантов. В 20–30-е годы XX в. много издавалось Российской духовной миссией в Китае. Так, в Пекине выходили книги членов миссии по вопросам востоковедения, словари и учебники, журналы «Китайский благовестник» и «Русское обозрение». Миссия вела культурно-просвети­тельную, миссионерскую и благотворительную работу среди эмигрантов в Мукдене, Чанчуне, Дайрене, Порт-Артуре, Циндао и в Калгане, оказывала помощь гимназиям, школам и церкви [86].

Прекрасно оборудованная типография мужского Казанско-Богородицкого монастыря в Харбине печатала богослужебные книги, журнал «Хлеб небесный», освещавший церковно-религиозную жизнь дальневосточной российской эмиграции и проблемы зарубежной православной церкви. Религиозный журнал «Вера и жизнь» выходил в свет с 1925 г. под редакцией епископа Димитрия (Вознесенского). В 1924 г. Иверским братством издавался журнал «Сеятель», Сибирско-маньчжурской миссией – двухнедельник «Методистский Христианский Поборник» и Христиан-адвентис­тов «Семейный друг» [87].

По инициативе одного из бывших директоров Русско-Азиатского банка С.Г. Ястржемского в Шанхае были созданы русская типография и книгоиздательство. Для этих целей был собран небольшой капитал по подписке среди членов русской колонии и на него были куплены машины, шрифт и нанято необходимое помещение. Через несколько месяцев русская типография вполне окрепла. Она успешно справлялась со значительными заказами, получаемыми в самом Шанхае, а также из Харбина, Владивостока, городов Сибири, предоставляя работу нескольким десяткам русских эмигрантов. Расширение ее деятельности вызвало необходимость перевода типографии в новое обширное помещение. Для этого были куплены усовершенствованные американские машины и оборудование для печатания книг, газет и журналов, налажено картографическое производство. Заведующим типографией был Н.И. Соколов, имевший до революции свою собственную типографию и книгоиздательство и хорошо знакомый с издательским делом [88].

Кроме того, в Китае были открыты эмигрантские издательства «Наука», «Нация», «Монархическое объединение» и другие. Крупным издателем и хозяином нескольких книжных магазинов был бывший министр юстиции колчаковского правительства Г.Г. Тельберг. На продаже русской литературы зарабатывал и профессор Г. Гинс. Владелец крупного книжного магазина «Русско-маньчжурская книготорговля в Харбине» И.Т. Щелоков с 1909 по 1921 г. являлся монополистом в этой области [89].

В 30-х годах в Шанхае пользовался широкой известностью русский книжный магазин «Наше знание» с большим выбором литературы на русском языке, издаваемой во многих зарубежных странах.

Примечательно, что в Китае в 20-е годы выходило больше русских газет, журналов и книг, чем в советских губерниях Дальнего Востока.

В 1924 г. в Китае было издано более 20 крупных русских книг, сборников и журналов, которые получили широкую известность и признание. Зеркалом «идейной жизни» по ту сторону «баррикады» назвал В.И. Ленин эмигрантскую литературу. Он тщательно следил за ней, интересовался всеми сторонами жизни русского зарубежья. В его кремлевской библиотеке была собрана коллекция из 267 книг. Среди них «Россия и большевизм» А. Гана, «В борьбе за Россию» Н. Устрялова [90].

Ввиду того, что большая часть русской эмиграции испытывала материальные затруднения и вынуждена была экономить средства, в местах проживания была развернута сеть библиотек, куда мог прийти любой и почитать нужную газету, журнал или книгу. Так, в 1901 г. распахнула свои двери первая харбинская библиотека, а в 1927 г. их насчитывалось уже 25 с общим фондом книг до 250 тыс. томов. Все они были доступны местному населению [91].

Библиотечное дело в Харбине начал инженер И.И. Обломиевский (строитель Имяньповского участка КВЖД), открывший библиотеку в Новом Городе. Позже эта библиотека перешла в распоряжение «Желсоба» и стала ядром «Фундаментальной» или Центральной библиотеки КВЖД, которая была открыта 3 октября 1925 г. На ее пополнение администрация дороги отпустила 50 тыс. руб. Библиотека выписывала в 1927 г. до 400 периодических изданий. К 1928 году библиотека насчитывала до 120 тыс. книг на русском и других европейских языках и 20 тыс. книг на китайском языке, в том числе почти вся литература по Маньчжурии [92].

Большой популярностью в Харбине пользовалась библиотека Дальневосточного общества ревнителей военных знаний (ДОРВЗ) и частная библиотека В.Н. Федорова, в которой можно было достать даже редкую книгу по военному искусству [93].

В 1926 г. открылась городская публичная библиотека. Ее фонд состоял преимущественно из книг на русском языке по отделам русской и переводной беллетристики, детской литературы, социальных и точных наук, языкознанию, истории литературы и др. К числу старейших специальных библиотек относились библиотека Клуба главных механических мастерских КВЖД и библиотека-читальня Харбинского железнодорожного собрания, основанных в первое десятилетие города, а также библиотека ХСМЛ – одна из богатейших в городе. Можно было получать на дом книги, выписанные заранее по каталогу: романы Жюля Верна, Александра Дюма, беллетристику на английском языке и русских классиков.

Существовали библиотеки различных национальных колоний (общин), например, в клубе «Госпожа Польска», в еврейском литературно-драматическом обществе. Много книг находилось в частных общедоступных библиотеках – Д.Н. Бодиско, Щелкуновой и др. При всех учебных заведениях работали собственные специальные научные библиотеки.

В Шанхае существовало «Русское общественное собрание» с очень хорошей библиотекой, в которой имелись книги, многочисленные работы и статьи русских и зарубежных авторов. В Тяньцзине было несколько частных русских библиотек, в которых за сравнительно небольшую плату можно было брать книги на дом. Обычно взималась определенная плата за месяц независимо от того, как часто меняешь книги. Владелец одной из библиотек сам разносил книги читателям. Он хорошо изучил вкусы и интересы и умело подбирал книги каждому абоненту [94]. Благодаря тому, что в Китае в те годы издавалось много газет, журналов и книг на русском языке, открывались и пополнялись фонды русских библиотек, эмигранты не чувствовали себя забытыми.

Poker razz odds calculator