Rambler's Top100


Архитектоника объемных форм. Авторы: Данилова О.Н., Шеромова И.А., Еремина А.А., редактор: С.Г. Масленникова

Кинетизм и кинетическое искусство

Кинетизм рассматривается как одна из форм трансформации, создания динамики формы, декоративного оформления поверхности. Кинетическое искусство – авангардистское направление в современной пластике, ориентирующееся на пространственно-динамические эксперименты, обыгрывающее эффекты реального движения всего произведения или отдельных составляющих его форм. Элементы кинетизма издревле существовали в виде разного рода ручных или механических трюков, оживлявших скульптуру, архитектуру, прикладные искусства (движущиеся фигуры часов и т.д.), в особенности в театральной сценографии. Кинетическое искусство зародилось в 1920–30-х гг., его основоположниками считаются В.Е. Татлин и А. Колдер. Кинетическое искусство во многом опирается на эстетику Баухауса, модерна, русского конструктивизма. Ф. Морреле, 3. Хюльтен – теоретики кинетического искусства отдавали предпочтение движению как средству противостояния бесконечному повторению художественных форм, чреватому «исчерпанностью» искусства, «усталостью» творчества. Их обновление связывается с новыми художественными материалами.

Ярким примером русского кинетического искусства считают всемирно известный проект Владимира Евграфовича Татлина (1885–1953) – «Памятник III Интернационала» (1919–1920). Внутри опоясанной решетчатыми спиралями 400-метровой башни предлагалось подвесить четыре объема, вращающихся с разной скоростью и предназначенных для размещения в них главных учреждений государства будущего. Ажурная спиральная металлическая конструкция оголена и вынесена наружу. Функциональные остекленные объемы подвешены внутри этой конструкции. Нижнее помещение в виде куба предназначено для международных съездов, конференций и законодательных собраний делает один оборот в год вокруг вертикальной оси. Среднее помещение – в форме пирамиды, с размещенными в нем административно-исполнительными органами делает один оборот в месяц. Верхнее помещение – цилиндр – информационный центр, вращается со скоростью одного оборота в сутки.

На русской почве, прежде всего в русле конструктивизма, кинетизм как течение обособляется окончательно в отдельных скульптурных объектах, приводимых в движение техникой, вручную или природными стихиями. Мобильные элементы появились как развитие супрематизма Каземира Малевича в проектах скульптур И. Клюна, оставшихся нереализованными (1918–1919). А. Колдер в США разрабатывал так называемые «мобили» и др., придавая вращательное или поступательное движение отдельным частям своих произведений, пытаясь преодолеть традиционную статичность скульптуры, придать большую активность её взаимодействию со средой. «Мобили» – конструкции, вращающиеся от электричества. Чтобы привлечь внимание зрителей, к некоторым «мобилям» присоединялись звуковоспроизводящие устройства, и «мобили» издавали писк. Это направление получило название кинетического искусства. Для изготовления кинетических картин подбирались самые невероятные вещи. Конструкции стали передвигаться, излучать свет, попискивать.

Понятия «кинетическое искусство» и «кинетизм» очень близки. Такие высказывания, как «мир пришел в новое движение» (А. Скрябин) и «все стремится к невероятной динамичности и пространственности» (Н. Габо), во многом объясняют задачи кинетистов, связанные с областью художественного проектирования. Кинетизм (от греч. kinetikos – приводящий в движение) – вид художественного творчества, тяготеющий к синтезу искусств; в основе кинетизма лежит идея движения формы, любого ее изменения. Протокинетические тенденции существовали в искусстве уже в 20-х годах, в творчестве русских конструктивистов (модернистов), а также некоторых западногерманских дадаистов (М. Дюшан). Творческие поиски этих художников в данной области подготовили почву для расцвета кинетизма, ставшего относительно цельным течением, заявившим о себе проблемными выставками, манифестами, тестами и проектами, начиная с 50-х годов. Среди «кинетических» экспериментов этого периода можно назвать «саморазрушающиеся композиции» Ж. Тэнгели, изящные композиции Р. Сото, градостроительные замыслы Н. Шоффера типа «кинетического города» или «кинетических башен», кинетический фольклор Г. Юккера. «Самоубийственное (или самоуничтожающее) искусство» прибегало к использованию двигающегося устройства из колес, шестеренок, массы различных деталей, которые работали некоторое время, затем загорались, расплющивались молотками, входящими в комплект конструкции. Приемы «самоубийственного искусства» распространились на книгопечатание: выпускались альбомы с репродукциями, напечатанными специальными красками, которые через некоторое время бесследно исчезали с листов альбома. Как теоретики кинетизма выступили Н. Шоффер (Франция) и Ф. Поппер. Н. Шоффер выдвигает принципы пространственно-свето-хроно-динамизма как основы кинетического искусства. Широкое применение методов математического программирования трактуется как предпосылка рождения нового типа творца — художника-инженера, стремящегося воплотить в искусстве движение как таковое при помощи мобилей, механических приспособлений, оптических феноменов. Широко используются прозрачные материалы, электромоторы, рычаги, пульты управления и т.д. Во многих случаях иллюзия движения создается меняющимся освещением – здесь кинетизм смыкается с оп-артом.

«Кинетические ритмы» провозгласил в своем «Реалистическом манифесте» (1920) Н. Габо, ставший первым в мире последовательным мастером кинетической скульптуры. Его первая мобильная работа «Кинетическая конструкция» (1922, галерея Тейт, Лондон), стоящая вертикально, и вибрирующая проволока, принимали разные формы в зависимости от положения груза. Трансформирующиеся конструкции минималистического облика в 1919–1920 гг. исполняли А. Родченко и К. Иогансон. В 1920-е гг. большое распространение получили утопически гигантские кинетические проекты В. Татлина (1920), проект памятника Колумбу К. Мельникова (1929), многочисленные проекты синтетической среды, пронизанной движением зрителя и объектов его внимания (выставочные проекты Л. Лисицкого конца 1920-х гг.), манипуляция движением масс в театрализованных действах, праздничных демонстрациях и архитектуре. Произведение могло быть понято как аналог движущемуся человеческому телу («Летатлин» В. Татлина). Под динамикой объекта понимается не просто его физическое перемещение, а любое его изменение, трансформация, словом, любая форма «жизни» произведения в то время как его созерцает зритель.

Две ярко выраженные традиции кинетического искусства – создание минималистического объекта-мобиля и синтетической кинетической среды – были унаследованы советскими кинетистами 1960-х гг. Кинетическое искусство проявилось в 60-х гг. в творчестве X. Ле Парка (Аргентина) и др., стремящихся с помощью многообразных средств оптико-акустического воздействия на зрителя (изменчивость механической структуры, применение света и стереозвука) передать в кинетических пространственных композициях специфику современной научно-технической революции. Расцвет кинетизма в мировом искусстве пришелся на 1950–60-е гг. (тогда же родился и термин).

В СССР кинетическими эффектами активно занималась группа «Движение» (1962–1976). Объекты лидеров группы Л. Нусберга, Ф. Инфантэ («Душа кристалла», 1963) и др. развивали традиции русского авангарда (Татлин, Габо). В группе ставились задачи, связанные с наследием футуризма и конструктивизма, – создание ранее не существовавших в сфере эстетического форм, структур и ситуаций. Коллектив предлагал кинетическое искусство для группового экстатического восприятия – городские мистерии из вспышек света, прозрачных пластмасс, экранов, зеркал, газов, звуков, льющихся из динамиков. Перформансы группы объединяли в себе как футуристические (экспрессия, театральные эффекты, маскарадное веселье и изобретательность по части костюмов), так и конструктивистские тенденции («живые машины» группы «Движение» продолжали проект иллюзионизма позднего Лисицкого). Группа занималась проектированием синтетических мистерий с использованием движения света, газа, трехмерных элементов и кинопроекций (проекты в основном не были осуществлены). Группа осуществила несколько театрализованных зрелищ с элементами хэппининга и боди-арта, названных «кинетическими играми». Разрабатывая всевозможные футуристические проекты, создавая планы и сценарии «искусственных сред», художники группы «Движение» исследовали взаимодействие человека с искусственно организованным природным пространством.

Традиции русского авангарда, а в частности традиции супрематизма, своеобразно преломились в концептуальном творчестве Франциско Инфантэ и группы «Коллективные действия». Именно в их перформансах наиболее последовательно и адекватно раскрывается весь тот свод идей и построений, который Малевич назвал супрематизмом. С конца 60-х Инфантэ занимается впервые в отечественном искусстве перформансами движения – «спонтанные игры на природе». Первые акции такого рода осуществлялись как ритуальные действа с ледяными замками, озаренными свечами, и с яркими фантастическими костюмами. Акции Инфантэ имели характер «тренингов» и были рассчитаны на участие всего нескольких человек. Художник осуществлял перформансы для создания особых пространственных ситуаций, в которых зритель чувствует себя участником акций.

Параллельно кинетическим искусством занимался в составе созданной им группы «Мир» (1967–68) В. Колейчук: авторские работы – проекты самовозводящихся структур, проекты тотального театра. На рисунке 29 приведена одна из кинематических композиций. В 1980–90-е гг. кинетическое искусство балансирует между сферами минималистской скульптуры и экспериментального дизайна. Непременным атрибутом является хэппенинг, активное отношение зрителя к артефакту: он призван изучать кинетическую инсталляцию во всех ракурсах, в том числе изнутри; тем самым опровергается классическая идея, что скульптуру в отличие от архитектуры нельзя созерцать изнутри.

Рис. 29. Кинематические композиции

Сегодня кинетическое искусство рассматривается как вид пластического искусства, в котором используются мобильные и трансформирующиеся формы, приводимые в действие рукой, воздухом или мотором. Кинетические объекты вносят в искусство органический элемент, но и превращают произведение в род машины, отдаляя его от природы. Посвятившие себя кинетическому искусству художники задаются различными эстетическими целями. Ж. Тенгли стремится оживить, гуманизировать машины, борясь с тоской индустриального мира; П. Бюри обыгрывает замедленное движение; X. Ле Парк и В. Коломбо используют феномены прозрачности, игры света и теней; X. де Ривера сосредоточен на художественных эффектах работы моторов; прибегая к сложным приспособлениям, Н. Шоффер достигает полисенсорности воздействия; движущиеся магнитные скульптуры Такиса создают иллюзию вечного движения; группы Ничто, Зеро, Экзат 51 экспериментируют с динамикой и светотенью.

В современном кинетическом искусстве движение воспроизводится по-разному: некоторые произведения динамически преобразуются самим зрителем, другие – колебаниями воздушной среды, а третьи приводятся в движение мотором или электромагнитными силами. Бесконечно разнообразие используемых материалов – от традиционных до сверхсовременных технических средств вплоть до компьютеров и лазеров; прежние электромеханические принципы управления сменяются программно-компьютерными, расширяющими возможность зрительского сотворчества. Часто в кинетических композициях применяют зеркала. Развитие технического прогресса, достижения технологии, инженерной мысли и науки привели к формированию кинетического искусства, ориентированного на создание эстетического эффекта с помощью движущихся, светящихся и звучащих установок. Кинетическое искусство широко использует новейший опыт фотографии и киноискусства. При помощи электроники, кибернетики, искусства освещения оно ищет новые способы художественного выражения, воплощающиеся в светокинетике, технологическом искусстве, искусстве окружающей среды. К современным тенденциям развития кинетического искусства, сближающим его с эстетикой постмодернизма, относятся анонимность творчества при креативности аудитории, снятие противоречий между искусством и пост-неоклассической наукой. Кинетическое искусство явилось предтечей голографии, дигитального (компьютерного) искусства. Приемы кинетизма широко используются при организации выставок, ярмарок, дискотек, в оформлении площадей, парков, общественных интерьеров.

В проектировании костюма кинетизм проявляется в использовании световодов, трансформирующихся, крутящихся или движущихся элементов, в рисунке ткани. Примеры кинематизма в формообразовании и декоре костюма приведены на рис. 30 (а, б).

Мобильные конструкции

Мобильность (от лат. mobilis – подвижный), способность к быстрому передвижению, действию.

Трансформация (от лат. transformatio – превращение) – метод изменения формы, определяющийся динамикой, движением превращения или небольшого изменения формы.

Первыми мобильными конструкциями были окна и двери. В Европе приемы пространственной трансформации жилой среды слыли экстравагантностью и смелым экспериментом, хотя и вызывали волны подражаний, для Китая и Японии – это обычная практика. Интерьер китайского дома строится по принципу постоянного изменения внутреннего наполнения и взаимозаменяемости внутреннего и внешнего пространства: легкие подвижные перегородки и экраны, ширмы всевозможных форм и размеров позволяли постоянно преображать жилище. Решетки на окнах придавали физическому пространству ритмический строй. Литератор XVIII в. Шэнь Фу советовал создавать в доме неожиданные зрительные эффекты: тропинка, кажущаяся тупиком, выводит на открытый простор; отворив заднюю дверь на кухне, можно попасть в чудесный сад. В японском доме вместо стен подвижные перегородки: они одновременно являются и архитектурными деталями, и мебелью, движимым и недвижимым имуществом. Узкая галерея отделяет сад или двор от жилой части дома своеобразными занавесками – рамами из тонких реек, оклеенных полупрозрачной промасленной бумагой, или с матовым стеклом. Летом рамы раздвигают, и дом превращается в открытую беседку. Подвижные щиты дают возможность менять внутреннюю планировку – от одного большого светлого зала до нескольких комнат. Современные европейские и американские архитекторы немало позаимствовали у японцев: именно под их влиянием в западном зодчестве появились раздвижные двери, большие застекленные проемы и внутренние перегородки. В настоящее время существуют мобильные элементы конструкции (раздвижные, вращающиеся, комбинирующиеся, складные, рулонируемые, солнцезащитные устройства), используемые как перегородки, внутренние и наружные стены.

В 1982 г. архитектор Джон Лаутнер (1911–1994) в Швейцарии построил дом Тернера с использованием механических приспособлений для создания эффекта свободно перетекающего пространства. Одна из зон пола в гостиной с мебелью и частью остекленной стены поворачивается на 180о при простом нажатии кнопки. В одной из последних работ, доме на побережье Тихого океана в Калифорнии (1979–99 гг.), зодчий создал пространство, кажущееся бесконечным, поскольку вода бассейна от самого края террасы сливается с простором океана и с горизонтом [Мир вещей, 2003]. Архитектор О. Неймер разработал проект жилого дома, в котором наружные солнцезащитные панели стен могут разворачиваться вокруг вертикальной оси. В Нигерии построена школа с поворотом панелей вокруг горизонтальной оси [Колейчук, 1984].

а

б

Рис. 30. Кинематизм (а) и оп-арт (б) в декоре костюма

Мобильность формы, возможность ее видоизменения в зависимости от конкретных условий эксплуатации является одним из важных моментов в современном проектировании, поэтому отдельные узлы общей конструкции должны быть подвижными, к ним предъявляются особые эргономические и конструктивные требования. В театрах, универсальных залах, цирках широко применяются вращающиеся, комбинирующиеся, убирающиеся сцены, места для зрителей, арены и перегородки. Подобные идеи получили практическое воплощение во вращающихся ресторанах, обзорных площадках.

Конструктивные особенности мгновенно-жестких систем, которым присуще предварительное напряжение, создают возможность упрощенного их возведения. Конструкция, представляющая собой пучок стержней, обернутый тросами вант, после соответствующей трассировки растянутых элементов, воздвигнется как бы сама собой – из транспортного (компактного) положения развернется в проектное. Подобные системы могут быть использованы в спортивных сооружениях или зеленых театрах в качестве трансформирующихся перекрытий, способных в течение нескольких часов перекрыть зал водонепроницаемой пленкой, обеспечив спортсменам и зрителям необходимый микроклимат.

С помощью мобильных конструкций решают задачу оптимизации статических элементов конструкции и параметров зданий (объем, площадь и т.д.). Архитектура обладает новой «размерностью» – движением в пространстве и во времени. Гибкость здания многоцелевого назначения осуществляется путем соединения объемов в пространстве, при этом они должны обладать кинетической автономностью.

В настоящее время экспериментаторы исследуют возможности создания самовозводящихся структур (в архитектуре – «синергетические»). Разрабатывается несколько направлений: на основе стержневых структур, плоскостных структур, с использованием центробежных сил, сил упругости, электромагнитных сил и др.

К новым видам кинематических структур относятся пространственные кинематические структуры с вариантной трансформацией. Подобным преобразованиям подчиняются шестиугольник и группа составленных вместе шестиугольников с шарнирными узлами. Синтез нескольких плоских кинематических структур привел к созданию трехмерной ячеистой трансформирующейся структуры, которую можно использовать в различных целях, например как конструкцию самовозводящегося дома.

Направления разработки в космических радиотелескопах ориентированы на совершенствование механически саморазвертывающейся антенны на основе стержневых структур: конструкции с ломающимися стержнями и конструкции, в которых стержни заменены предварительно напряженными нитями. Раскрытие каркаса и натяжение гибких нитей происходит за счет пружин. О компактности таких конструкций можно судить по известным данным: зеркало антенны диаметром 10 м складывается в пакет диаметром и высотой менее метра. В будущем можно будет сооружать складные самораскрывающиеся антенны с диаметром зеркала 100 м.

Использование сил природы для раскрытия трансформирующихся самовозводящихся конструкций широко известно. Цепочная карусель раскручивается с использованием центробежных сил. Шатровое покрытие поддерживается баллоном с легким газом; создать повышенное давление под оболочкой можно с помощью воздухоприемных воронок, направленных навстречу ветру. В гравитационных системах используется земное притяжение или собственная масса конструкции. Во время трансформации из плотной упаковки самовозводящейся ребристой структуры, состоящей из шестигранных ячеек, система сначала проходит стадию, при которой структура имеет наибольший размер и прямоугольную форму элементов. При дальнейшей трансформации, благодаря собственной массе, она изменяет рисунок на триангуляционную систему, уменьшается по высоте и становится неизменяемой. Появление подобных систем не случайно. Современные материалы становятся все более прочными и выдерживают огромные растягивающие усилия при минимальных сечениях, появилась необходимость в разработке конструктивных систем, работающих в основном на растяжение, а не на сжатие. Вместо массивных железобетонных панелей перекрытий можно использовать тонкую сетку из любого прочного материала или тонкие металлические листы. Сетку соединяют с наклонными (падающими) стойками, шарнирно закрепленными у основания. Расходясь в разные стороны, стойки натягивают сетку с большой силой.

Мобильная архитектура, сверхлегкие конструкции необходимы в экстремальных условиях Арктики и Антарктики, океанского шельфа, космоса. Законы конструирования и композиции неразрывны, так как конструкции будущего должны быть красивы с точки зрения механики и идей формообразования. Сегодня наблюдается тенденция сближения искусственных систем с «природными конструкциями» по принципам формообразования и конструирования.

Poker razz odds calculator